1. Чем более формальные правила отражают правила неформальные, тем более страну можно считать правовой, страной с развитыми социальными институтами
2. В праве, как таковом не могут быть отражены те «национальные особенности», на которые ссылается Сурков. Они вне поля и существующего основного закона. То есть они внеконстуционны.
3. «Можно, конечно, говорить о деньгах и считать в миллиардах долларов, но, по-моему, гораздо более весомо говорить о человеческих жизнях. Потому что кривая самоубийств в 1998-1999 гг. не столько в столицах, сколько в регионах колоссально подскочила. Это цена сожженных формальных правил»
В книге Сергея Гуриева «Мифы экономики» - http://www.nes.ru/~sguriev/articles/contents.pdf -
замечательно развенчивается миф о том, что «человеческая жизнь бесценна». В ней он рационализирует тему цены человеческой жизни, выводя ею на уровень не мифов, а науки экономики, и по-простому делая попытку подсчёта «сколько стоит человеческая жизнь».
Если рассматривать затронутый АА вопрос о посткризисной смертности с этих позиций, т.е. с точки зрения экономики со всеми вытекающими отсюда последствиями (уход и непереданного опыта, и вдов – сирот тех, кто «встал на ноги» и т.д.) то ещё неизвестно а был ли какой-то действительно «положительное значение для национальной промышленности». Вернее в данном случае для всего государства. Если под государством понимать самый широкий смысл данного термина.
Итак, здесь у нас с вами прозвучало ГЛАВНОЕ. Несомненная ценность – человеческая жизнь. И экономисты могут и должны считать реальную цену этой неоспоримой ценности. И российской национальной в том числе. Другой вопрос, не менее важный, а МОГУТ ли при том уровне социологии и закрытости информационного пространства это сделать наши специалисты, и есть ли специалисты такого уровня квалификации. Иначе говоря, если у нас «дорогие» учёные мужи, способные осознать необходимость данной работы, и потребность в начале её фактического деланья и широкого общественного обсуждения (информационного сопровождения – распространения самой идеи рационального подхода к «вечным неформализуемым ценностям»).
4. Мне показалось, что в лекции с самого ее начала происходит некоторый терминологический перекос, а следовательно и недопонимание исследуемой области. Вводятся две категории: правила формальные и правила неформальные. И вся последняя принимается за «ценности». Так ли это? Не следует ли детально разобраться во множестве всех неформальных правил на том или ином этапе (не столь далёкого, как кочевой образ жизни наших предков) исторического развития, а уж потом выделить те правила, которые можно оценить именно, как ценности? Это крайне важно для дальнейшего построения всего хода рассуждений.
5. Теперь вот об этом высказывании Бенджамина Франклина «Демократия – это договоренность о правилах поведения между хорошо вооруженными джентльменами» в свете некоторых обобщений предыдущих высказываний о наборе факторов, благодаря которым определяется успех (на том или ином этапе развития).
Всё разнообразие национальных может быть сведено к максимально возможному соблюдению … регламента (договорённостей хорошо вооруженных людей – потом ЭТО отобраается в законе и необходимости соблюдения именно Его) на фоне соблюдения неформализованного регламента – зачастую той его части, которая не рациональна) и ИЗМЕНЕНИЯ жизненного опыта за счёт появления на арене господ ТВОРЧЕСТВА и СЛУЧАЯ. То есть, обобщающими понятиями для всего многообразия различных национальных категорий (формальных и неформальных) являются опыт, регламент, творчество и случай.
Бобичка
